| |||||
Не видеть, не слышать ничего. Забыть... Навстречу ему попалась тетка Бекей. Нелепо разряженная, но с сине-багровыми следами Орозкуловых побоев на лице, худющая и неуместно веселая, носилась она сегодня в хлопотах "большого мяса". - Что с тобой? - остановила она мальчика. У меня голова болит, - сказал он. Да милый ты мой, болезный, - сказала она вдруг в приступе нежности и принялась осыпать его поцелуями. Она тоже была пьяна. От нее тоже противно разило водкой. Голова у него болит, - бормотала она умиленно. Родненький ты мой! Ты, наверно, кушать хочешь? [107] - Нет, но хочу. Я хочу лечь. Ну так идем, идем, я тебя уложу. Что ж ты будешь один-одинешенек лежать. Ведь все будут у нас. И гости, и наши. И мясо уже готово. И она потащила его с собой. Когда они проходили снова мимо очага, из-за сарая появился Орозкул, упревший и красный, как воспаленное вымя. Он победоносно свалил возле деда Момуна вырубленные им маральи рога. |
| ||||
|
|
| ||||
| |||||