| |||||
Они не знали меня, я не знал их, но избивают, издеваются, словно из кровной мести. Почему? Откуда берутся такие люди? Как они становятся такими? За что они меня истязают? Как выдержать, как не свихнуться, как не расшибить себе голову о стену?! Потому что другого выхода нет". Однажды он-таки не выдержал. Будто полыхнула в нем белая молния. Сам не понял, как схватился с надзирателем, пинавшим его. И они покатились по полу в яростной драке. Я бы тебя на фронте давно пристрелил, как бешеную собаку!" - хрипел Абуталип, раздирая с треском ворот гимнастерки надзирателя, стискивая его горло цепенеющими пальцами. Неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы не подоспели из коридора еще двое стражей. Пришел в себя Абуталип лишь на следующий день. Первое, что он увидел сквозь муть и боль, - ту же негаснущую лампу на потолке. |
| ||||
|
|
| ||||
| |||||